Полуостров Хорлы – правда и вымысел
Полуостров Хорлы находится в 120 км от Херсона в самой глубине Карканийского залива. С материком соединен узким перешейком и своими контурами напоминает уменьшенную в несколько раз копию Крыма.
По одной из легенд свое название полуостров получил от турецких моряков, которые воскликнули «Хорлы», что в переводе означает белый, снежный. Он показался им таким из-за сплошного ковра полыни на фоне голубой глади моря.
В сильные морозы мертвым становилось все черноморские порты. Иностранные суда надолго застывали у причалов. А в теплой бухте в глубине Каркинийского залива горячий природный источник всегда прогревал воду моря. Это место и нашла баронесса Софья Богдановна Фальц-Фейн. Она и стала его основательницей. По ее приказу к острову была насыпана земляная дамба и таким образом Хорлы из острова превратились в полуостров. В 1897 г. Здесь впервые появился населенный пункт. Тут был построен порт, который играл ведущую роль в торговле Российской империи. Хорлы круглогодично принимали корабли под флагами Германии, Австрии, Италии, Греции. Шла торговля со всей Европой.
Порт Хорлы быстро превратился в цветущий город, который рос с каждым годом. Софью Борисовну называли местной Екатириной Второй. По внешности и по делам она действительно была женщиной исключительной
Софья Богдановна Фальц-Фейн была одной из них, тех первых людей, которым сила
собственного духа и оптимизма, неутомимая энергия помогли достичь ощутимых результатов в
деле процветания данного края.
Софья Богдановна Фальц-Фейн, урожденная Кнауф,[Прил.5.2.] родилась в Екатеринославе -городе невест. Неравенство в материальном положении в этом городе не бросалось в глаза, однако, все в городе знали, что самыми богатыми и уважаемыми были Кнауфы, владельцы большого коммерческого предприятия. Они также отличались от других своей необыкновенной образованностью. Старик Кнауф (отец Софьи) выписывал из-за границы журналы о садоводстве, птицах и животных, всех детей учил французскому языку, воспитывал как благородных, с гувернантками. Из открытых окон их дома звучала чудная музыка-это Софи упражнялась на фортепиано. Она была так умна и так красива, что родители никак не могли её выдать замуж. Во всей округе не находилось подходящей партии, а между тем ей уже было 27 лет.
И вот однажды в один из ярких дней начала осени 1862 года разнеслась в колонии весть:
Фальц-Фейны приехали выбирать невест. Два брата Эдуард и Густав. Забеспокоились девицы на выданье и их матери: сам Бог послал им этот счастливый случай. Каждый, кто получит такого жениха, приобретет часть сказочного богатства, которое сколотил их дед-миллионер_Фридрих Фейн. Отовсюду именитым женихам поступали приглашения посетить дома невест. Братья не
отказывались и вскоре перезнакомились со всеми невестами в городе. Но после того, как они
увидели, фройлен Софии, их визиты в другие семейства прекратились, и они пропадали только у
Кнауфов. В один миг все невесты побледнели перед ней. Она не была кокеткой, не стеснялась
мужчин, свободно говорила с ними. Была непросто хороша собой, но так грациозна от природы и
с таким живым и острым умом, что всякое её движение было красиво, всякое слово кстати.
Платья пошиты со столичным шиком - все из шёлка, из бархата самых нежных оттенков, чтобы
подчеркнуть яркую свежесть её натурального румянца. Любоваться ею и слушать её спокойный
насмешливый голос уже было счастьем.
Эдуарду Фальц-Фейну тогда было 23 года, и выглядел он вполне уже солидным помещиком. Дородный, темноволосый, с проницательными карими глазами, он представлял Дородный, темноволосый, с проницательными карими глазами, он представлял собой тип сильного, волевого мужчины, за которым женщина чувствует себя как за каменной стеной.
Густав был полная противоположность брату - светлые волосы, голубые глаза, в свои 17 лет он
был на голову выше Эдуарда ростом, одет щеголевато и в целом был очень красив. Кроме того,
он ещё не знал жизни и не умел скрывать своих чувств и обуздывать срасти. Впервые увидев
Софью, он вспыхнул, как порох, и уже готов был на любые жертвы ради её улыбки. Он забыл о
том, что приехал в Екатеринослав найти невесту для старшего брата. Беда в том, что и Софья
нашла в этом невинном мальчике свой идеал, и также безумно с первого взгляда и на всю жизнь
полюбила его. Пришлось Эдуарду уступить. Густав сделал предложение Софии, и её родители с радостью дали согласие на брак.Старый Фейн с нетерпением ждал возвращения внуков из Екатеринослава, но в день их приезда разразился скандал.
- Ты не можешь жениться раньше Эдуарда, - кричал дед на Густава. - Он должен первый
получить наследство и отделиться от семьи. А потом уже ты. Жених! Щенок ты, а не жених!
Неужели нет там других невест, если вы эту поделить не можете? Я сам поеду в Екатеринослав и
Сам на месте все решу.
Познакомившись с почтенным семейством Кнауф, узнав Софью поближе, старик и сам пришел в неописуемый восторг. Вот это красавица! И умна, и практична, а как умеет держать себя. И приданое дают за ней хорошее. О такой жене он и мечтал для Эдуарда, а Густав подождёт. Не забывал он и о старой традиции: старший брат считался в народе «бракованным», если младший женится раньше.
Никто в семье не смел пререкаться со стариком, его слово было законом, он всегда один принимал решение в самых трудных ситуациях. Теперь не всегда по силам был для него этот груз. Богатырский организм его дал трещину, он устал. Стали его посещать мысли о смерти, и он спешил получше распорядиться накопленным состоянием. Жизнь прожита не зря, - думал он. Единственная его дочь Элизабет прекрасно исполнила свой долг, родила шестерых детей и ждёт ещё одного. Старший любимый внук Эдуард, который возглавит после него род Фальц-Фейнов, настоящий хозяин, лучший жених, на тысячу вёрст не найдёшь такого. Сам Фейн женился тоже в двадцать три года. Пора и Эдуарду жить самостоятельно в Аскании-Нова. Три дня и три ночи гуляла свадьба, после которой вся округа целый год обсуждала достоинства жениха и невесты и, что же такое случилось, почему Густав уехал за границу прямо накануне свадьбы своеголюбимого старшего брата?
В 1863 году у Фальц-Фейнов появилось сразу два младенца. Софья родила первенца, Фридриха, Элизабет (свекровь Софьи) -седьмого и последнего своего ребёнка, девочку Доротею. Вскоре после крестин сошел в могилу старый Фридрих Фейн (1794-1864) спокойно и достойно, с сознанием исполненного долга и был похоронен в Аскании-Нова.
Эдуард, в благодарность брату за то, что он уступил ему невесту, взял на себя обязательства по управлению большим хозяйством в его Преображенке и регулярно высылал ему за границу деньги.
София нарожала кучу детей - семерых за первые 14 лет супружества. Но семейная жизнь её была несчастливой. Эдуард чувствовал, что он нелюбимый муж, с рассветом уезжал по делам в имения и возвращался, когда стемнеет. Иногда его не видели помногу дней, он выезжал в дальние кошары или следил за отправкой лошадей, вина из Преображенки в Одесский порт. Но никто не жалел о его долгом отсутствии: ни жена, ни дети. С его приходом в доме сразу прекращались игры, замолкал смех, закрывалась крышка фортепьяно, наступала полная тишина. Дети расходились по своим комнатам, так как они боялись своего деспотичного отца, всегда уставшего, всегда угрюмого и раздражительного. Порядок, который он установил в доме, основывался на жесточайшем режиме экономии. Комнаты плохо освещались и отапливались, еда была скудной, одежда покупалась редко, и младшие дети носили вещи, доставшиеся от старших.
Все его уважали и боялись, и там, где нужна была строгость и справедливость, вспоминали
об Эдуарде Ивановиче. А потому много у него было работы в земстве. Выбирали его гласным Днепровского уезда и даже Таврической губернии. Часто давал большие суммы для бедных. В Громовке переселенцы никак не могли собрать деньги на школу. Эдуард Иванович построил добротное здание на свои средства и возглавил опекунский совет.
Эдуард был прекрасным хозяином за пределами своего дома. Все имения его были в образцовом порядке, он держал под контролем все фамильное имущество, постоянно приумножая его.
Именно в годы его управления Фальц-Фейновская династия овцеводов прославилась на
международных ярмарках и имела самое большое количество мериносовых овец во всей России -
семьсот пятьдесят тысяч!
Густав жил за границей, учился музыке в Вене, в консерватории. Однако, когда Софья
приехала к нему в Вену, он уехал с ней путешествовать по Европе. В конце концов, он вернулся
в Россию, стал государственным советником, имел за свою службу множество наград. Но семьи у
него не было, так как он не мог думать ни о ком другом, кроме Софи. Такой «треугольник»
продолжался 20 лет. Муж и жена жили с чувством вины друг перед другом, и, вместе с тем,
каждый из них считал себя жертвой. Но публичные скандалы и разводы считались большим
позором.[4]
Эдуард, имевший от природы исключительное здоровье, тем не менее, умер рано, в сорок четыре года. Перед смертью он просил Густава позаботиться о его детях й помочь Софьи в управлений хозяйством. Тем самым он как бы дал своё благословение на их союз.
Как только Эдуард умер, Софья и Густав поженились и ни от кого не стали скрывать своего запоздалого счастья. Дети обожали Густава, он был добрейшей души человек. С ним ворвалась в жизнь весна после утомительной зимы. Распахнулись на всё стороны окна, возродился смех, зазвучала музыка. Стали широко принимать гостей, устраивались охоты на лис или зайцев. Аристократичная внешность Густава не предполагала в нём наличия деловых качеств, но и не мешала ему быть хорошим хозяином и семьянином. По проекту немецкого архитектора он выстроил прекрасный беломраморный дворец в Преображенке, на берегу моря. С большим шиком его обставил. Нанял штат слуг, и умело ими распоряжался. Из Австрии выписал садовника, из Франции - повара, из Англии - жокея, учить детей верховой езде. Со всеми он был ласков, но все его слушались и охотно выполняли его распоряжения. Большого достоинства был человек.
В 1890 году в возрасте 45 лет умер Густав Иванович Фальц-Фейн (1845-1890), оставив все свое громадное состояние жене. Она была единственной женщиной в его жизни, и, если бы не вмешался дед Фридрих в их судьбу, как прекрасно могла бы сложиться жизнь. С точки зрения имущественных отношений, напротив.

О казалось, сама фортуна позаботилась о том, чтобы богатства Фальц-Фейнов не делились, а оставались в семье. Благодаря брачным союзам с родными братьями, в руках Софьи Богдановны сосредоточилась двойная доля наследства. Клан Фалыд-Фейнов стал еще более могущественным, и впервые во главе его оказалась женщина.
Мериносы были главным богатством нескольких поколений Фальц-Фейнов. Наивысшие достижение овцеводства отмечены в 80-х годах XIX века. А затем из-за появления на международном рынке австралийских мериносов случился обвал цен на шерсть. Многих это разорило, другие призадумались. Софья Богдановна понимала, что надо менять тактику в соответствии с духом времени. И она решила перевести все отрасли своего хозяйства на промышленные рельсы. Началось строительство фабрик, заводов и электростанций, почты и телеграфа, железных и шоссейных дорог. Через десять лет бурного строительства она владела кондитерской фабрикой в Дофино, винным заводом в Преображенке, построила гигантские корпуса по производству мясных и рыбных консервов в Одессе.
Близость моря давно волновала её неспокойный ум и смелое воображение. И к 1911 году она имела уже свое пароходство: пассажирские, торговые суда и баржи. В сильные морозы мёртвыми становились все черноморские порты: замерзали Одесса, Херсон и Николаев. Иностранные корабли надолго застывали у причалов. Вывозилось золотое руно, пшеница, битая птица, устрицы и другая морская продукция всевозможные консервы, на которых стояла торговая марка Софьи Фальц-Фейн: золотая рыбка на велосипеде. Сто гектаров виноградников давали
достаточно вина на продажу. Порт Хорлы быстро превратился в цветущий город, который рос с каждым годом.
Софья Богдановна с утра до вечера до последних своих дней, даже, когда ей было за
восемьдесят, работала в конторе порта Хорлы. На собственных пассажирских пароходах «София» и «Лидия» часто ездила в Одессу по делам, стараясь скорее вернуться. В ее приемной каждый день было множество народу - коммерсантов, банкиров, генералов, чиновников разных рангов, священников. Многие просили денег на благоугодные заведения. Суммы ее пожертвований были гигантскими. В общей очереди ждали иностранцы - капитаны, торговцы, финансисты. Подписывала кипы бумаг, распоряжалась множеством дел, а вечером по гладкой дороге на белых лошадях, запряженных не русской тройкой, а римской квадригой, мчалась в Преображенку, где она выступала в роли заботливой хозяйки.
Известно, что Софья Богдановна подарила в Заднепрянский женский монастырь великолепный, разукрашенный золотом ореховый иконостас.
Ее беломраморный дворец на Черном море всегда был полон гостей, многие, кого Софья Богдановна особенно любила, жили подолгу, по месяцу и более. В Преображенке был райский климат, стол обильный и здоровый и полная свобода. Во дворце насчитывалось 60 комнат, и прислуга должна была заботиться, чтобы в большой зале и во всех помещениях для гостей стояли вазы с фруктами и цветами.
Айвазовский И.К. был не просто гостем, а близким другом семьи. Второй муж Софии Богдановны - Густав однажды познакомился с ним в Феодосии и привез его в Преображенку. С тех пор он знал сюда дорогу. Его имение было в Крыму, по соседству, и каждое лето, возвращаясь из Петербурга, он приезжал поделиться новостями и поработать. Он имел здесь свою комнату, оборудованную под мастерскую. В Преображенке он написал много своих пейзажей с разным состоянием моря. Софья Богдановна была большой поклонницей его таланта и имела целую галерею картин И.К.Айвазовского в бело-золотой парадной зале дворца. Один и тот же сюжет, он писал по многу раз и иногда предоставлял возможность Софье Богдановне выбрать себе картину по вкусу. Денег никогда не брал, дорого ценил дружбу. Сам был богатым человеком, и это равенство в положении крепко связывало их.
Сейчас в музее биосферного заповедника находится картина И.К.Айвазовского «Парад фрегатов», купленная внуком Софии Богдановны - бароном Эдуардом Александровичем Фальц-Фейном (ныне проживает в княжестве Лихтенштейн), на аукционе в Англии и вместе с другими фамильными ценностями, переданная в музей заповедника в 1980 году. Благодаря своим детям, Александру и Лидии, Софья Богдановна породнилась с Достоевским и Набоковыми, и оба эти семейства вместе с детьми приезжали к ней в гости каждое лето.
Жизнь Софьи Богдановны всегда была поводом для длительных дискуссий между историками и политиками, между писателями и старожилами. В романе Олеся Гончара «Таврія» есть такие строки: „Було взагалі безглуздо, що влада в Асканй належить отш розпутнш, Ні на що не здатнш 6абі, щднесенш кимось над тисячами людей, які все свое життя працюють на нет одну..." Мы видим жестокую, ограниченную, своенравную помещицу. Но в воспоминаниях_дочер и прислуги Софьи Богдановны – Евдакии Хмары - оживает умная, интеллигентная женщина, не жалеющая средств на образование простых людей, заботящаяся о том, чтобы ее рабочие всегда были сыты и одеты.
В1919 году младший сын Софьи Богдановны, Владимир и дочь Лидия ( которые последними покидали Россию) хотели забрать с собой и мать. Для этого Владимир прислал в порт Хорлы экспедицию, состоявшую из греческого торпедоносца «Пантера» и двух русских легких военных кораблей, принадлежавших белой Армии. Сначала Владимир планировал увезти свою мать из порта Хорлы в Севастополь. Однако она и в этот раз отказалась покидать свой дом, утверждая, что красные ничего не сделают ей дурного. Она говорила: «Ничего со мной не случится, я старая женщина и никому не сделала зла. Кто меня, старуху, тронет. Я людям делала только добро. Они не дадут меня в обиду. Оставь меня здесь с Богом».
Однако события разворачивались по другому сценарию. Противоречивые толкования вызвала смерть Софьи Фальц-Фейн. Херсонский краевед Август Вирлич, собирающий десятки лет уникальные документы и фотографии, воспоминания, помогающие до конца прояснить судьбу Фальц-Фейнов, выдвигает свою версию относительно ее гибели, которая противоречит сложившемуся представлению о том, что ее как жестокую помещицу, большевики убили преднамеренно. С этой версией пока не соглашается внук Софьи Богданы известной всему миру барон Эдуард Александрович Фальц-Фейн.
Официальная трактовка смерти С.Б.Фальц-Фейн излагалась так, будто разъяренная толпа крестьян ворвалась во дворец, вытащила помещицу на площадь и разорвала ее на куски.
Но старожилы порта Хорлы рассказывают следующее. Работал в имении помещицы до
1910 года некто Прокофий Иванович Таран. Трудился исправно, добросовестно, но был одним из
тех, кто стал заниматься подстрекательством к беспорядкам. Избегая наказания, он вынужден был бежать в США, и, по словам старожилов, бежать ему помогли сами Фальц-Фейны, поскольку очень ценили этого труженика. Семь лет скитался он в Штатах, и когда узнал, что в России свершилась революция. В 1917 году Софья Фальц-Фейн назначила его своим управляющим имения в Хорлах.
Трудился Таран на новом поприще до весны 1919 года, когда в Крыму военное руководство взял в руки генерал А.Деникин. С целью мобилизации сил он разослал в пределы Северной Таврии своих вербовщиков. Однако действия Деникина не всем пришлись по душе: в ряде населенных пунктов вспыхнули восстания. В том числе в Чаплинке и Каланчаке. Были перебиты деникинские офицеры, конфисковано оружие, сформированы части для самообороны. Таким отрядом в Каланчаке и стал командовать П .И.Таран. Он проводил революционную пропаганду среди красноармейцев. Рассказывал о США, навел революционный порядок в отряде. В порядке ознакомления с бытом помещиков Таран проводил экскурсии во дворцы Фальц-Фейнов. Такие экскурсии им были проведены в Аскании, Преображенке, Хорлах. Но если, в первых двух имениях все обошлось благополучно, то в Хорлах случилось непредвиденное. С.Б.Фальц-Фейн при виде такого большого количества вооруженных людей, многих из которых она знала как своих батраков, была напугана всем этим, но после того, как она увидела во главе Тарана, немного успокоилась. Однако стоило отряду уйти, как перепуганная старушка заперлась в своем кабинете. На свою беду два бойца из отряда задержались возле лошадей и не смогли попасть на экскурсию. Забежав во дворец после ухода отряда, они бросились по комнатам, рассматривая все наспех. Услышав новый шум, Софья Богдановна не решилась открыть дверь и узнать причину. Добежав до кабинета и рванув дверь, красноармейцы не смогли ее открыть, а подергав ручку, один из них - просто так, на всякий случай, достал наган и выстрелил в замочную скважину. Второй же из винтовки пальнул просто в дверь. Софья Богдановна была за дверью. На выстрелы примчался во дворец сам Прокофий Таран. Увидев, что натворили его бойцы, он на виду у отряда их расстрелял.
Софье Богдановне было 84 года. По другой версии, бандиты, назвавшиеся революционерами, арестовали хозяйку Преображенки, под конвоем доставили в порт Хорлы на «суд» и расстреляли из пулемета. Белые войска взяли порт Хорлы спустя несколько часов после смерти ее хозяйки. Софья Богдановна, искренне оплакиваемая скорбящими, знавшими ее как исключительно внимательного, всегда готового прийти на помощь человека, была предана земле в районе порта Хорлы. В 1920 году пастору Нею удалось, преодолев большие препятствия прибыть в порт Хорлы и, по просьбе Фридриха, организовать у ее могилы торжественную церемонию, посвященную ее памяти. Здесь же было сделано несколько снимков ее последнего пристанища.
28 мая 1993 года, внуком Софьи Богдановны Эдуардом Александровичем Фальц-Фейном, был поставлен бронзовый памятник на месте гибели этой великой женщины.
Софья Богдановна Фальц-Фейн (урожденная Кнауф, 1835-1919) оставила заметный след в истории развития и освоения Херсонщины. За свою долгую жизнь она сделала не мало для нашего края: дала жизнь основателю всемирно известного заповедника «Аскания-Нова» Фридриху Эдуардовичу Фальц-Фейну (1863-1920), основала порт в незамерзающей бухте Чёрного моря - порт Холлы, который долгие годы играл значительную роль и имел огромное значение. Её благотворительность была хорошо известна ешё при жизни знаменитой помещицы.
К сожалению, в советские годы замалчивалось имя этой женщины и все её добрые деяния. В книге Олеся Гончара «Таврия» создан образ жестокой, деспотичной помещицы. Это и понятно: книга писалась в определённый период. Не принято было говорить лестные слова о помещиках
да ещё немецкого происхождения.
Только после приездов барона Эдуарда Александровича Фальц-Фейна (гражданина княжества Лихтенштейн), которые стали возможны лишь после провозглашения независимости Украины, стали известны факты жизни и деятельности Софьи Богдановны Фальц-Фейн. Как видим, имя её было незаслуженно забыто. По своей собственной инициативе и на свои собственные средства благодарный внук - Э.А. Фальц-Фейн в порту Хорлы установил чудесный памятник своей знаменитой бабушке. А на её могиле была установлена мемориальная плита. Жизнь матери основателя заповедника «Аскания-Нова» СБ. Фальц-Фейн стала поводом для
длительных дискуссий. Историческая правда взяла верх: заслуги этой удивительной женщины
сегодня общепризнанны.